Константин Никольский

Категории каталога

О Никольском [16]
Тексты песен [34]
Интервью [36]
Рецензии и анонсы [19]
Бывшие коллеги [5]

Поиск

Друзья сайта

Статистика

Тексты

Главная » Тексты » Интервью

Константин Никольский
- У Андерсена есть сказка "Соловей" и там дословно эта фраза: "О несчастных и счастливых, о добре и зле", - что-то там соловей поет... Вот это толчок был для песни. 1971 год, мне было 20 лет. Ну так получилось, я же не думал, что это будет что-то! Я хотел, чтоб просто красиво было - не эта вот "дорога железная", и тому подобное, а чтобы красиво, чтоб звучало. Она и правда звучит. "Музыкант" - гениальная, конечно, песня, причем ее любой мог написать - она же от лица музыканта, такая общая для всех...
А, например, песня "Один взгляд назад" появилась в 80-м и вошла уже во второй альбом группы "Воскресенье". Мы тогда как раз осенью собрались - я, Лешка Романов, Андрей Сапунов и Миша Шевяков, я в училище пошел, и вот она написалась. Маринке, жене моей, не понравилась: "По-моему, ты какую-то фигню написал", - она мне говорила...
Как это делается

- У меня задачи простые. Насколько я помню этот процесс (написания песни) - надо, чтоб была мелодия, и если, например, слов много, то мелодия должна быть проще. А если слова просты - значит, музыкальное оформление сложнее и красивее. Дело в количестве информации, которое ты хочешь выдать. Ведь если в чай положить и лимон, и варенье, и коньяку добавить - пить-то нельзя будет, это уже не чай...
Часто мои музыканты, зная разные стили, начинают предлагать: давай здесь вот это. Я говорю: пока не надо! Там слова есть, второй голос - давайте пройдем "скелет", может быть, будет вполне достаточно. И обычно так и получается... Если в фактуре хороший, живой пульс - полдела сделано. А аранжировки, конечно, можно нагромоздить, а потом сыграем неровно, не вместе - кому это надо?..

Как это поется

- В группе "Воскресенье" мои песни пел Андрей Сапунов. Я вообще тогда не пел, кроме одной вещи - "В моей душе осадок зла". "Стеклорез" это называлось...
Однако как раз тогда Никольский, хоть и не был доволен собственным вокалом, пришел к выводу, что должен исполнять свои песни сам.
- Сапунов считал, что голос - это всё. И очень любил: "А-а-а-а", мелизмы всякие... Я спорил: вот пять песен, мелодии у всех разные, а ты их одними и теми же мелизмами - раз, и словно мылом все замазал... Мелодия - это вещь неприкосновенная. Даже Стравинский говорил: "Точность - синоним выразительности".
Вообще голос не главное. Взять многих западных артистов, или Макара хотя бы - ну какой там голос? Человек просто знает, о чем он написал, о чем "докладывает"... У Стасика Намина есть запись репетиции, где "Цветы" разбирают новый материал, и вот нужно было Сашу Лосева научить петь песню: "Осенью, когда сады грустны, листья на ветвях желты и падки...". Ну Лосев поет и поет - у него голос-то есть... Но композитор, Дьячков, он человек глубокий - и давай ему объяснять: "Сань, ты понимаешь, у них лажа осенью, ну лажа у садов - у них листья облетают на фиг! Вот спой про лажу про эту!" Раз, спел - "О, нормально!"...
И я очень просто подумал: стоит ли мне какому-то солисту пытаться объяснить, про что песня? Пускай я уж лучше сам в работе как-то поднаторею... Так и вышло.

Ну и, как это играется

Никольский - дипломированный гитарист: в 1984 году окончил Гнесинское музыкальное училище. Десятью годами раньше тоже была попытка...
- Году в 74-м Стасик Намин нас всех - т.е. группу "Цветы" - отправил в Царицынское музыкальное училище. Поступили, я пришел на первое занятие и первое, что услышал от педагога, было: "На свете есть всего два гитариста - Маклафлин и Джордж Бенсон". Я спрашиваю: и все, больше нету? - "Нету". И больше я не ходил туда...
А второй раз, в Гнесинском, было прекрасно. "Константин, ну что? Будем разбирать с тобой эту пьесу. Целый год. Сразу предупреждаю, что вот это место никто в мире сыграть не может. Но мы с тобой сыграем..." Я учился хорошо и закончил хорошо, мне нравилось...
Я гитару до сих пор люблю - мне интересно. Люблю слушать "игроков". Робин Форд - великий блюзовый человек, хотя и белый; или вот Клэптон с Би Би Кингом - такое вытворяют! А перед Гэри Муром просто преклоняюсь: даже "ресторанного" качества мелодии он умудряется играть таким звуком, какого ни у кого нет...
...У нас нет возможности поставить на сцене, допустим, гору клавиш, как у западных групп. Но нужно играть вместе и хорошо. И это получается... У нас на сцене тихо, спокойно, просто удобно. Женька Хавтан - а мы в конце 80-х много гастролировали вместе с "Браво" - всё время поражался: "Как вы так работаете? У вас на сцене разговаривать можно. У нас - нельзя!"

Инструмент для души

- Я могу по тому, как человек берет гитару, сказать - умеет он играть или нет. Или на гитару просто посмотреть и сказать - звучит или не звучит, я ее вижу...
Я гитары раньше делал сам - правда, исключительно для себя. У меня была гитара, на которой я играл 11 лет, и там даже лады кое-где необработанные - если б кто-нибудь стал играть и сделал глиссандо, мог бы пораниться... Я просто не особенно люблю доводить этот процесс до самого конца - покрыть лаком и так далее. Это разного характера работы. А электроника - вообще не понимаю, как она работает... Но вот деревяшку я чувствую и плотницкое дело мне нравится. Это тот самый процесс, когда сразу видишь результат.

"Я сам из тех..."

Никольский не считает нужным сетовать на трудную судьбу автора серьезной философской лирики в годы застоя. Практически во всех "официальных" ансамблях, где он работал, в концертных программах звучали и его песни.
- В ансамбль "Фестиваль", где игрались песни Максима Дунаевского, я пошел на условии, что мне интересно еще и свои песни исполнять. Максим сказал: "Нет проблем". Конечно, в момент сдачи программы мои песни исключались - я ведь не принадлежал к Союзу композиторов... Но... не до такой уж степени всё и запрещалось. Хорошо играть на гитаре ведь никто не мешает научиться - сиди и тренируйся. Хорошие слова написать - тоже никто не мешает... Правда, порой такое состояние возникало: а фиг ли их писать, когда их никуда не денешь? Ни пластинок, ничего не будет никогда в жизни... Может быть, просто было бы больше песен...

"Воскресный" вопрос

Пытливые меломаны до сих пор не могут успокоиться: почему Никольский так и не стал участником реанимированной в 1994 году группы "Воскресенье"? Похоже, этого сильно хотелось поклонникам... Однако единственная совместная репетиция (она все-таки была) так и не увенчалась объединением усилий. И "Воскресенье" в составе А. Романов - Е. Маргулис - А. Сапунов - М. Шевяков, и Константин Никольский со своей группой - две отдельные музыкальные субстанции. Репертуар, исполняемый на концертах, тоже четко разграничен - естественно, по авторскому принципу. А слухи о некоей вражде между музыкантами... всего лишь слухи.
- С Романовым никакой конкуренции не было и нет... У него - слова и музыка, у меня - слова и музыка. Нам делить-то нечего с Лешкой - как раз в этом смысле я его и уважаю...
...Мои песни стали известны в Москве еще до "Воскресенья". "Воскресенье" получило оформленный вид году к 80-му, а мои песни еще в 70-х игрались на танцах, имели известность. Разные группы их играли - тот же "Аракс". Просили и брали мои вещи… В КГБ тогда приглашали поиграть несколько раз, в клуб на Лубянке (первый раз -когда была Олимпиада в Москве)...

Рабочие вопросы

- Состав, который на концертах со мной работает, не менялся с 1991 года. Правда, мы на пару лет расходились - ребят что-то зафордыбачило, мол, надо в телевизор, надо раскрутку... Я говорю: не надо никакого телевизора. Делайте вот это, играйте вот это, и будет у вас безо всяких телевизоров... Сверхпопулярности я не хочу, а соберем мы в любом зале спокойно...
В работе не должно быть ошибок. И в некоторых моментах никакого "творчества" не должно быть. Я все время сталкиваюсь с ситуациями, когда мне кто-то начинает говорить: "Старик, вот ты понимаешь..." Я понимаю! Но делать будем - как я скажу. Например, предыдущий альбом мы сводили два раза. Один раз - для музыкантов, которые там сыграли. Всем же надо было наиграться в эту фигню - пианист говорит: "Старик, вот как замечательно тут звучит фортепьяно!", барабанщик: "А барабаны здесь..." Я сижу... сначала хотел встрять, но понял - пока они не наиграются, бесполезно даже пытаться. И говорю потихоньку Кузьмичеву: Сань, давай сделай сегодня одно сведение, а завтра мы с тобой сделаем, как мне надо, и вообще как надо. Ведь звуки барабанов никто не будет слушать отдельно - будут слушать песню, должны быть слова. А песню загубим - получится набор красивых звуков, не связанный ничем...

"Дочь? Она мне нравится!"

Семья Никольского - это жена Марина и дочка Юлия, которой за несколько недель до папиного юбилея исполнилось 16.
- Дочь - мне с ней приятно, она мне нравится! Мы с ней можем на каток пойти, допустим - ей нравится, и мне с ней интересно. Сейчас стал ее водить на концерты в джазовые клубы - где не поздно начинается. Недавно вот на Петровича (Преснякова-старшего) ходили... Она закончила музыкальную школу, хорошо на фортепьяно играет - ее можно слушать. И к джазу как-то тянется, покупает себе нотки... Проблема отцов и детей? - наверное, есть, я, правда, не понимаю, в чем она. Ну например: она по каким-то предметам плохо учится - как мне с ней разговаривать, чтобы она училась хорошо? Я понимаю, что мне надо придумать какую-то игру, в которую нужно будет включаться и самому. А просто времени нет включаться. Я думаю, нужно просто почаще разговаривать, о чем угодно - контакт на любую тему...

Новое - хорошо забытое...

Песня "Спи, душа моя", написанная в 1991 году для альбома "Я бреду по бездорожью", оказалась... на сегодняшний день последней. С тех пор Никольский сочинять бросил: "Новые песни пишет тот, у кого плохие старые". Стесняться или комплексовать, по его мнению, тут нечего:
- Так ведь всё написано давно уже. Со мной история такая: я сначала был автор, но сам не пел. А сейчас я - исполнитель собственных песен. Обычно это одновременно, но у меня - вот так... Я думаю, для автора песен 8-10 настоящих - очень хороший багаж. Если во времени остается хотя бы одна - уже хорошо. А больше - так вообще...
Мы задали такую планку тогда - по песням, по словам, по содержанию, - что уже всё... И что касается современных песен - у меня ощущение, что всё уже придумано. Хотя я не хочу сказать, что хорошая песня - это только философская. Вполне возможно, что следующие песенные изобретения будут не на темы глубокого философского копания - "я сам из тех, кто куда-то там спрятался", - а по принципу "что вижу, то пою". Можно ведь писать и про эту дурацкую ночную жизнь - там тоже колорит присутствует... По-американски! Но это, кстати, очень сложно. Я сам не делал заходов на эту тему - просто подумал об этом. Тут вопрос менталитета. Американский негр в таком контексте органичен вдрызг, из него же это разгильдяйство прямо прет. А у нас... Наша глубинка - другая, это шансон, а дальше - частушки, это тоже сделано уже. А с точки зрения городского человека... Ну не заправилась целиком еще эта батарейка, еще не срабатывает...

И все-таки - будет ли что-то еще, либо на этом альбоме-сборнике дискография Никольского и закончится?

- Запишем, запишем. Там еще есть альбома на два... Вот "Музыкант" 71-го года - есть того же времени песни, просто они не записаны. Нужно посмотреть, как их оформить. Есть 83-84-го - "Цветок у окна" например, мы ее играем на концертах... Когда следующий альбом? Я и сам себя все время спрашиваю. Мы этой темой уже два года занимаемся - это всё не быстро. Но сделаем обязательно...

Автор неизвестен
Категория: Интервью | Добавил: Admin (30.07.2008)
Просмотров: 581 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

СЛУЧАЙНАЯ ПЕСНЯ

Мне только снится жизнь моя

Между сном и тем, что снится,
Между мной и чем я жив
По реке идет граница
В нескончаемый разлив.

И рекой неодолимой
Я спешу издалека,
Вечно вдаль и вечно мимо,
Так же вечно, как река.

И лишь в чужой мне яви дня
Забывши обо мне давно
Есть все места, где нет меня,
Есть все, чего мне не дано.
Мне нет ни сути, ни пути,
Ни знания, ни бытия,
Мне только снится жизнь моя,

Под чужим недолгим кровом
Я лишь место, где живу:
Лишь засну - сменилось новым,
Просыпаюсь на плаву.

И того, в ком я страдаю,
С кем порвать я не могу,
Снова спящим покидаю
На пустанном берегу.

Мир велик, река большая,
Путь свободен день и ночь.
Но что-то мне понять мешает,
Что могло бы мне помочь.

Звезды над рекою гаснут,
Тает сон моей судьбы.
Я не знаю, был ли счастлив,
Да и я ли это был.

И лишь в чужой мне яви дня
Забывши обо мне давно
Есть все места, где нет меня,
Есть все, чего мне не дано.
Мне нет ни сути, ни пути,
Ни знания, ни бытия,
Мне только снится жизнь моя,